UNO. МЕДИЦИНА
ЗУБНАЯ РОЛЬ
Об Atis Faber и в шутку и всерьез
Со времен нашего прошлого интервью случилось многое: от падения рубля до пандемии и карантина. Но традиции клиники высоких достижений Atis Faber остаются преджними. На этот раз побеседовать с врачом зашел артист, сценарист, телеведущий и всенародно любимый «пельмень» России Андрей Рожков. О том, как сохранить белизну, можно ли пересадить зубы, когда врачи научатся выращивать новые, и многом другом ему рассказала Татьяна Бойцова, стоматолог-терапевт.
- Как вы пережили карантин? Он помог вам или помешал? Мне кажется, люди перестали летать за границу, задумались о здоровье и стали на него тратить сохранившиеся деньги.
- Мы принимали пациентов с острой болью, как предписано, случаев заболевания среди пациентов не было. Вы тоже поймите, мы ведь не развлекаемся, мы больные зубы лечим. И все же за эти полгода мы прошли раскачку и вошли в рынок.
- У вас тут из окон вид отличный, интерьер приятный и оборудование красивое, только я в нем ничего не понимаю. Как пациентов привлекаете? Есть какие-нибудь акции?
- «Черных пятниц» у нас не было и не будет, не дай Бог!
- А хорошая идея: выходишь из клиники с покрашенными черными зубами – и можно не чистить еще неделю)).
- Отличный вариант для тех, кто придерживается восточных традиций. Но все же, зубы здоровее, когда они чище. Пройдем на экскурсию?
- Конечно! А это что за аппарат?
- Познакомьтесь, это наша гордость – высокотехнологичный микроскоп немецкой фирмы Carl Zeiss, специализирующейся на точной оптике. В России таких всего четыре.
- Три в Москве и один у нас? А если серьёзно, чем он отличается от обычного прибора, которым на уроках биологии дети балуются?
- Принцип работы микроскопа – это увеличение. Но в данном случае кроме камеры есть система, определяющая наличие кариозного процесса и микротрещин. Раньше таких технологий не было, а сейчас они есть по одному только у нас, в Москве, Иркутске и Перми. Это наше сокровище, помогает в работе. У него несколько фильтров: для обнаружения кариеса и микробов, для реставрации зуба. И все можно задокументировать.
- Наверное, дорогая техника?
- Дорогая, по цене можно сравнить с недвижимостью. Только на нее ипотеку не дают. Хотите посмотреть через него? Подставляйте руки.
- А что я там увижу?
- Только свои ладони. Главное, правильно смотреть – строго двумя глазами вперед, второй рукой подкручиваем колесико. Как только увидите четкие линии руки, можно менять фильтры. Этот, например, определяет микробы на поверхности зуба.
- А что микробы? У меня руки абсолютно чистые, с антибактериальным мылом натирал с утра.
- Наша камера видит все, уж поверьте.
- Для микроскопа нужны и микроскопические инструменты, знаете, как Левша, который пытался блоху подковать, так и вы пломбу зацементировать.
- Инструменты у нас действительно специальные под разные виды терапии. Мы можем восстановить форму, размер, цвет, но в запущенных случаях вынуждены прибегнуть к удалению. При планировании лечения обязательно учитываем общее состояние здоровья пациента. Современный человек постоянно сталкивается со стрессовыми ситуациями и часто страдает от гипертонии, ишемической болезни сердца, ожирения, сахарного диабета. Это ограничивает нас в выборе средств терапии, но мы все равно подбираем варианты для каждого пациента.
А здесь у нас проходят отбеливание и очистка. Заодно учим пациентов, как правильно ухаживать за зубами. Знаете, нам от рождения дается уникальное тело, придумать организм совершеннее человеческого – просто невозможно. Главное – ценить его, чистить и ухаживать.
- Вот вы нам кофе предложили… а разве от него не надо воздерживаться, если твоя работа – блистать своей улыбкой на центральном канале?
- На зубы влияет все: что мы едим, что пьем. Кофе не оставляет заметного налета, он скорее появится из-за курения. Но все мы люди – от многих привычек отказаться сложно, да и не обязательно. Главное – научиться правильному уходу. Одна из главных наших задач – научить клиента максимально эффективно ухаживать за полостью рта в домашних условиях. Для этого проводится контролируемая чистка зубов, обучение использованию зубных щеток, флоссов, ершиков, ирригатора. Подбирая средства гигиены в зависимости от имеющейся клинической ситуации, мы адаптируем домашний уход для каждого пациента, учитывая его индивидуальные особенности и ограничения. Но даже если налет все-таки появится – приходите на профессиональную гигиену.
- И что она включает?
- Наша цель – комфортно и безопасно снять бактериальный налет. Уберем камни не только над десной, но и под ней. Технологии и материалы для каждого этапа подберем с учетом возраста, здоровья пациента, наличия искусственных конструкций, состояния эмали и десны. Заканчивается процедура аппликациями для эмали зубов (минерализация и защита) и для десен (противовоспалительный эффект). А после создаем с пациентом индивидуальный план профилактики на год. Одним нужно будет приходить раз в полгода, другим – чаще. Зависит от состояния зубов и привычек их владельца.
- Даже с регулярной чисткой зубы могут быть желтоватыми или темными.
- Если зубы темные, можно отбелить по показаниям. Только без самодеятельности!
- Сталкивались с пациентами, которые напортачили дома?
- Бывало, приходили с повышенной чувствительностью, болезненностью. Мы помогаем сократить и облегчить это состояние специальными пастами и гелями, но все равно приходится ждать и терпеть. Так что лучше сразу идти к врачу. В последние годы эта процедура очень популярна. Белые естественные зубы – визитная карточка, атрибут успешности и показатель здоровья человека. Технологии отбеливания шагнули далеко вперед, процедура стала безопаснее и эффективнее, дает более длительный результат. В Atis Faber мы используем самые современные разработки в этой области. Наши технологии не нарушают структуру эмали, отбеливающие вещества работают в межпризменном пространстве и осветляют только пигмент. Гель, используемый для процедуры, имеет нейтральный РН, содержит соединения кальция, глубже проникающие и восстанавливающие эмаль при отбеливании. Когда пациент видит результат, он даже удивляется, что зубы выглядят более здоровыми, эмаль блестит.
Еще одно новшество – использование «холодного света» в качестве активатора отбеливания.
Так мы исключаем воздействие инфракрасного и ультрафиолетового излучений на ткани полости рта и перегревания зубов.
- Когда ты видишь человека с фаянсово-белыми зубами, то понимаешь, что они «сделанные». Выглядит неестественно.
- Красота – это гармония в природе, а эстетика – наше личное ощущение. Оно постоянно меняется. Во Вьетнаме на границе с Бирмой считается, что красивые зубы – черные, и девушки специально их красят. А в Америке раньше были в моде ослепительно белые улыбки. Сейчас эта тенденция уходит. И некоторые пациенты переживают: «Не хочу получить эффект санфаянса». Но с нашей системой даже результат «белее белого» выглядит естественным, гармонирует с цветом кожи и глаз пациента, не вызывает диссонанса. И желанный оттенок сохраняется от 3 до 5 лет.
- Артисты чаще виниры ставят. Но это же плохо? Зубы обтачиваются…
- Почему плохо? Виниры – самая щадящая технология на сегодняшний день. Ее придумали еще в 1930-е годы в Голливуде как раз с целью создать белоснежную улыбку на экранах. Виниры и люминиры – это наружные пластины для зубов из керамики, которые позволяют откорректировать форму и цвет зуба, убрать неровности и выпуклости без удаления тканей. Сам термин в переводе с английского означает «облицовка», «внешний лоск». Поскольку пластина полупрозрачна, не советуем ставить ее на «крапчатую» или разноцветную эмаль.
- Вы упомянули люминиры, чем они отличаются от виниров?
- Только тем, что эта технология запатентована калифорнийской компанией Cerinate.
- Выходит, это как коньяк и бренди, зависит от того, в какой провинции сделано. И все же, рекомендуете ставить пластины? Или лучше как можно дольше сохранять собственные зубы?
- Если свои зубы красивые, то нужно сохранять. А если вам не нравится отражение улыбки в зеркале, то зачем страдать? Срок службы виниров сегодня – 15 лет, меняют их в редких случаях, например, когда оголилась десна или пациент захотел сменить оттенок пластины. Убирать их – дело непростое, их специально приклеивают довольно прочно. Не бывает в медицине замены ради замены.
- Получается, в стоматологии не ставят пломбы по принципу шиномонтажек: один сезон отъездил, через полгода приезжай менять резину снова?
- Конечно нет. У каждого врача есть чувство долга, ответственности и любви к своему труду. Любой доктор работает не на количество пациентов, а на качество вылеченного зуба. И делать одну и ту же работу никому не хочется.
Наши врачи могут и умеют такое, что далеко не каждый доктор сможет повторить. Например, наш основатель и руководитель центра Ольга Достовалова регулярно повышает квалификацию на обучении в Австрии, углубленно изучает гнатологию (работу с суставами) еще с 2013 года. Сегодня эти знания, подкрепленные опытом и техническим оснащением, позволяют центру лечить пациентов с нарушениями в височно-нижнечелюстном суставе.
Ольга Андреевна если не на учебе, то у стоматологического кресла.
- И что, у вас все врачи регулярно выезжают на учебу?
- Наши специалисты постоянно проходят курсы в России и за границей, сейчас только присели из-за коронавируса, но продолжаем учиться онлайн. Чтобы знания переходили от одних врачей другим, мы в Челябинске семь лет назад открыли собственный учебный центр. Долгое время он работал только для докторов, но два года назад открыли новый, большой, чтобы контролировать, как опыт и знания курсируют между работниками. Есть у нас перечень критериев, по которым оцениваем эффективность своей работы. Например, врач любой нашей клиники должен лечить зуб с каффердамом, без которого кариозные бактерии распространяются по всей полости рта. Пломба должна быть эстетичной и правильно прилегать к краям зуба. Имплантат – стоять в нужном месте и в правильное время, чтобы не было отторжения. Что делает терапевт? В основном лечит кариес. Но если мы остановимся только на этом умении, врач станет роботом, зацикленным на одной задаче. В наших клиниках он должен видеть человека в целом, состояние организма, любые отклонения от нормы. Пациент приходит с одной проблемой, а наши врачи видят еще пять других. Не раз бывало так, что мы находили опухоли, пропущенные другими коллегами. Это умение приходит с опытом.
- Вот это профессионализм! А чем еще можете похвастаться?
- Это громко сказано. Но общая картинка складывается из нюансов. Например, предельного внимания к дезинфекции инструментов. Пациент должен быть уверен в собственной безопасности, что лечение пройдет без риска заразиться ВИЧ и гепатитами. От этого зависит и психологический комфорт. Мы выбрали двойной способ стерилизации водяным паром с высокой температурой 122-126°С и давлением 2,5А.
Или взять наши американские препараты для наращивания кости. Наш главврач-хирург Александр Клинов один из немногих, кто использует эту технологию, которая содержит костную стружку и белки, инициирующие минерализацию. Для легкого нанесения выглядит как гель или паста. В результате мы получаем шикарную кость.
- У вас хирурги полноценные операции проводят? Из разряда: «Медсестра, скальпель!»?
- И такое бывает. Пройдем в операционную?
- Какая у вас огромная клиника, столько кабинетов… Конечно идем!
- Это предоперационная, а там диван для отдыха после процедур, пациенты могут полежать и прийти в себя после наркоза. Не переживайте, от нас все уходят в здравом сознании.
- Игорь Алтушкин знает, что у вас такой кабинет есть? Ему своих бойцов после поединков сразу к вам отправлять можно! Ему бы здесь понравилось, сидишь в кресле и смотришь на блестящий РМК-центр (прим.: штаб-квартира Русской Медной Компании)
- Было бы здорово, но еще не заглядывал к нам. А вот то самое кресло, на котором и происходят операции. Оно удобное как для пациента, так и для врача.
- Уж не знаю, что может сделать мое пребывание у стоматолога комфортным…
- Только доверие к врачу и технологиям. Когда ты уверен, то не боишься.
- Знаете, у меня недавно пломбу убрали, черную из амальгамы, которую мне еще 35 лет назад в школе ставили. Жуткие воспоминания: кабинет стоматологии в школе, старая тарахтящая бормашинка: «Дрдрдр!». Врач сверлит зуб, а ты весь дрожишь и трясешься на кресле. Я тогда испытал адскую боль. Зато пломба прослужила долго.
- А почему боль была? Потому что раньше без анестезии лечили. Сейчас лечение зубов – высокотехнологичный процесс с использованием эффективного обезболивания, оптики и других благ цивилизации, ничего похожего на стоматологические кабинеты детства. Выбор анестезии зависит как от особенностей лечения, так и от особенностей пациента. Мы можем предложить стандартным местным обезболиваниям легкую седацию или даже наркоз. В чем разница? Местная анестезия – это когда какой-то ограниченный участок тела лишается чувствительности. При седации пациент находится в «полусне» – спокоен, расслаблен и замедленно реагирует. Наркоз, или, как его сейчас называют, «общая анестезия» подразумевает полное отсутствие сознания и дискомфорта, а еще расслабленность всех мышц (и значит, искусственную вентиляцию легких). Проблемы из-за обезболивания бывают редко, и все они связаны с аллергией. В Atis Faber наша задача – защита пациента от стресса и боли на каждом этапе лечения.
- Звучит обнадеживающе. Читал в новостях, что китайцы научились выращивать зубы. Такое возможно?
- В нашей стране такие исследования не проводятся, но за границей работы идут. Полноценный зуб получить пока не удается, это скорее конгломерат дентина и эмали. Люди пока не научились управлять процессом искусственного выращивания. Синтезировать клетки – это одно, а сформировать из них зуб как орган, аккуратной формы, правильно посаженный в лунке, – до такого еще не дошел прогресс. Хотя генетика остается белым пятном, думаю, это направление вполне будет развиваться.
- Значит, через десять лет я смогу вырастить собственные зубы, как морковку на грядке?
- Вполне. Но пока в нашей стране эта технология запрещена. Но есть альтернатива – это пересадка зуба, исключительно по показаниям. Например, отсутствует важная в жевательном процесса шестерка, а зуб мудрости нужно удалить или заменить. Тогда берем и пересаживаем. Они довольно схожи по форме.
Зубы мудрости – это атавизм, который может наносить вред суставам или разрушать впереди стоящие зубы. Зачем его удалять и выбрасывать, если его можно пересадить в пустующую лунку? Но только при необходимости.
- А я удалил все зубы мудрости. Лежат сейчас в баночке, зубные феи с мышкой не приходят ко мне. А экземпляры-то отличные: крупные, чистые. Их еще можно использовать?
- Нет, зубы пересаживают сразу, пока они «живые». Их шунтируют, проводят определенные процедуры и вставляют. Приживаются они лучше любых кустов сирени в саду. Конечно, есть определенные риски, все-таки зуб полезен в том месте, где он вырос. Но существуют методики для восстановления и поддержания их после процедуры. Приживаются даже примоляры на месте центральных зубов, хотя они довольно отличаются друг от друга.
- У меня много друзей, слышал, что сюда к нам приезжают из Москвы делать зубы. Якобы в Челябинске и Екатеринбурге все дешевле раза в два.
- В Москве тоже есть разный сегмент.
- Но цена от материала зависит?
- Я бы так не сказала. Зачем работать с плохими материалами? Каждый доктор нацелен на отличный результат. Просто разная ценовая политика.
- Значит, не хотите коллег компрометировать и конкурентов сдавать?
- Ой, вы знаете, я 30 лет работаю в медицине, спокойно отношусь к конкурентам. Каждый занят своим делом. А хорошая конкуренция еще и стимул развиваться дает.
- Ну вот имплантаты, например, какие ставите?
- Nobel Biocare. У компании швейцарские корни, а у истоков стоял отец современной имплантологии Пер-Ингвар Бранемарк. Кстати, ему принадлежит высказывание: «Никто в наше время не должен умереть со съемным протезом в стакане». В 1965 году он прооперировал своего первого пациента. Этот случай стал задокументированным прецедентом установки зубных имплантатов. Мужчина прожил с ними до самой смерти в 2006 году, и мы получили доказательство: имплантаты могут функционировать всю жизнь.
- И все-таки разброс цен доверия не внушает. Как выбрать клинику, где установят качественные имплантаты?
- Сами мы давно работаем с Nobel Biocare и остановились на ней осмысленно, тщательно все взвесив. Сейчас эта американо-швейцарская компания занимает 39% мирового рынка. Прежде чем предложить новый продукт потребителю, она тратит значительные средства на научные исследования. Изучают его на механику, прочность, аллергию, приживаемость. Затем следует клинический этап, когда имплантаты устанавливают добровольцам и продолжают наблюдение.
- То есть надо смотреть на репутацию производителя?
- Безусловно, но реноме самой клиники имеет первостепенное значение. Мы выбрали Nobel Biocare, так как цели компании совпадают с нашими – добиться, чтобы имплантаты служили пожизненно. Для этого мы стараемся дать пациенту лучшее из возможного в соответствии с той клинической ситуацией, которая у него есть. Nobel Biocare предлагает законченный протокол лечения конкретного пациента, и это нам нравится. Мы понимаем, имплантат какого размера брать и как именно устанавливать, чтобы он мог функционировать необозримо длительный период.
- А у нас делают? Чтоб не возить из-за границы и не тратить валюту. Вчера доллар подскочил на два рубля – это ведь сразу сказывается, вы уже начинаете закладывать в сумму.
- Пока нам невыгодно производить имплантаты. В мире около 800 компаний заняты этим, конкуренция огромная. И очень важна технологичность самого процесса.
- Россия не успела войти в эту упряжку, и теперь ей нет места на рынке. Так получается?
- Да, так сложилось исторически. Мы были закрыты, и на наш рынок не влиял потребитель.
- Последние пять лет, по-моему, стали очень популярны брекеты. Своим детям тоже сделал, посмотрел, как они первое время помучились.
- Есть такой тренд, и прикус проще всего исправлять в детстве. Здесь главное грамотно подготовить ребенка – как правильно ухаживать за зубами. Если он не умеет – никаких брекетов, иначе будет скапливаться налет, разовьется кариес… У нас есть альтернатива – система «Myobrace» – коррекция миофункциональных нарушений у взрослых и детей, позволяющая стимулировать правильный рост и развитие лицевой области ребенка, научить правильно дышать, глотать, тем самым способствуя профилактике развития общих заболеваний (той же бронхиальной астмы) и как бонус получить правильный прикус.
- А есть ли разница при лечении взрослых и детей? Свою ребятню я силком раньше затаскивал на кресло стоматолога.
- Лечение маленьких пациентов – это особое направление, которое мы проводим в центре Atis Faber Kids. Его уникальность заключается в том, что именно дети стали центром клиники. Все внимание им и их ощущениям. Мы не хотим напугать малыша, он должен видеть вокруг радость, получать от посещения стоматолога только положительные эмоции. Он заходит к нам и попадает в подходящую атмосферу, видит легкость подхода и подсознательно понимает: это мое, это мне близко. Дети – тоже люди, но со своим миропониманием. Взрослея, мы часто забываем, насколько все было легко, как хотелось все увидеть, потрогать и со всем поиграть. Но в Atis Faber Kids мы постарались уловить этот настрой.
- Не знал о вашем центре, все обращался к «семейному доктору». Это удобно, когда в любое время можешь обратиться за советом и помощью к проверенному врачу.
- Это правильный подход, когда у вас есть такой врач, его надо беречь. Близкий контакт – это всегда ценно.
- Но ведь в Atis Faber организовать такой подход невозможно?
- Почему же? Если человеку нужно оперативно обсудить с врачом вопрос, для этого у нас есть администраторы и кураторы, которые связывают вас. Все решаемо. Врач и пациент всегда в контакте.
- В соцсети ВКонтакте, что ли? Было бы клево показать отколовшийся зуб своему врачу по WhatsApp'у, а он назначит тебе лечение.
- Пациентам сейчас действительно удобно так общаться с врачом, тем более в условиях пандемии.
- Тогда до связи?))
ИМЕЮТСЯ ПРОТИВОПОКАЗАНИЯ,
НЕОБХОДИМА КОНСУЛЬТАЦИЯ СПЕЦИАЛИСТА

Лиц. ЛО-74-01-003020 от 16 февраля 2015 г.


Made on
Tilda